"ОБ'ЕКТ" - Архив. Номер 6. роль личности в боевике

информационно-развлекательный журнал

регулярное приложение
к каталогу «Галерея Недвижимости»

[последний номер журнала - 10]

проект закрыт на неопределённый срок

Архив. # 06.2003

ОБ'ЕКТ ОСОБОГО ВНИМАНИЯ

искусство в жизнь

роль личности в боевике

ХОРОШИЙ полицейский –
это ПЛОХОЙ полицейский

...Дождливая ночь окутала провинциальный американский городишко непроницаемым покровом. По блестящей от воды мостовой прошуршал патрульный «Шевроле». Щелкнула дверь, на асфальт опустились ноги в форменных ботинках. Резко лязгнул передернутый затвор. Грохнул выстрел.

– Я всегда говорил, что этот парень плохо кончит! Наркотики еще никого до добра не доводили. А двести двадцатый выход под залог совсем его испортил: он начал думать, что в этом городе нет никого, кто сумеет его остановить!..

Форменные ботинки исчезли в чреве полицейского «Шевроле». Прошуршали по мокрому асфальту колеса. По экрану поползли титры...

Детектив Шкаф

Америке катастрофически не хватает героев. Ковбои приелись, пересели с мустангов в «Мустанги» и вместо кольта выхватывают сотовый телефон. Шпионам стало не у кого красть секреты – с бывшими врагами, как говорил О`Коннор-младший из второго «Терминатора», «мы ведь, кажется, теперь дружим». «Солдат Джейн» вышла в отставку. А просто хорошие парни больше никому не нужны – в реальной жизни их оказалось столько, что уже начало подташнивать.

Пришло время тех, кто умеет двинуть по роже подозреваемому, нарушая все его конституционные права, плюнуть на судью, которого Закон заставляет с улыбкой отпускать под залог наркоторговцев, и выпить залпом бутылку vodka, которую «просто хорошие парни» не пьют по причине дороговизны и непривычности для желудка. Одним словом, пришло время «плохих хороших парней».

Вот детектив Шафт ударом ноги распахивает очередную стеклянную дверь очередного бара и мочит очередную банду. Не потому, что злой – а исключительно потому, что «плохой хороший», и закон ему только мешает вершить справедливость. Или справедливость мешает исполнять закон – это непринципиально.

Вот Оушен со своими одиннадцатью друзьями конструирует подставу, от которой его недруг и по совместительству – любовник бывшей жены – готов съесть свои ботинки, потому что больше нечего (все Оушен с приятелями украли). Где справедливость? Конечно во влюбленном взгляде бывшей жены на бывшего мужа, который так ловко и с пользой для семейного бюджета освобождает от лишних миллионов ее нынешнего любовника. Да и одиннадцать друзей на Оушена смотрят такими же влюбленными глазами: кому-то он дал последний шанс почувствовать себя нужным, кого-то пригрел по просьбе сгинувшего папаши-карманника, а кого-то просто приставил к хорошему делу. Как говаривали в древней Индии, «Закон соблюден, и Польза несомненна». Закон и Польза – это то, что придумывают «плохие хорошие парни», потому что общепризнанные закон и польза, оказывается, совершенно незаконны и бесполезны.

Кино = жизнь = кино

Кто-то из кинокритиков недавно патетически воскликнул: «Когда Брюс Уиллис доживет до 70-ти, ему и тогда будут предлагать самые лучшие роли!». Воскликнул – и попал. В точку. Потому как из Брюса получился самый лучший «плохой хороший парень».

Пройдя свои «Девять ярдов» до «Бандитов», расколов все три «Крепких орешка» и побывав в шкуре «Последнего бойскаута», Уиллис научился вести себя настолько плохо, чтобы быть хорошим парнем. Или достаточно хорошо – для того, чтобы быть плохим. Влюбленный в тюльпаны и ненавидящий майонез наемный убийца – такой же герой, как выбивающий двери, зубы и доказательства детектив Шафт. Потому что Справедливость для него важнее, чем законы, которые позволяют бывшим работодателям и сегодняшним боссам мафии безнаказанно пытаться предать наивного киллера смерти.

А когда наступает «Тренировочный день», все «плохие хорошие парни» прилипают к экранам и смотрят, как полицейский учит своего напарника быть «хорошим плохим парнем». Герои должны тренироваться быть такими же – иначе очень быстро превратятся в какого-нибудь «Иностранца», «Знахаря» или жаждущего идентификации Борна.

Плоские характеры – это не для героев: у них все выпукло, как у «плохих хороших девчонок», которые не дают им забыть, как правильно выбивать зубы, двери и доказательства. Главное – не переусердствовать, а то иначе «Тренировочный день» превратится в «День сурка». А такие герои, как там, Америке и всем тем, кто привык верить в ее идеалы, не нужны – ни тебе подозреваемого отметелить, ни судью до самоубийства довести...

Впрочем, «плохие хорошие парни» у экранов долго не рассиживаются: некогда. Да и что за интерес наблюдать за реальной жизнью, которую в экран втиснули! Это получится как у русских в анекдоте: «Сафари – это гонки на джипах с охотой на козлов. – Так это ж как на работе, а я в отпуск хочу!».

Вот ежели кто из французов или англичан в гости заглянет. Все-таки Европа, провинциальные нравы, патриархальные устои... Когда «Пекло» начинается – тут-то вся правда жизни и открывается! Думают, правда, много, но зато «плохие хорошие» с «хорошими плохими» так быстро местами меняются...

Или можно «Полицейский отряд L469» в гости пригласить, к примеру. Эти и отметелят, и подставят – и все ради Справедливости! А уж по амурной части мастаки... Одно только странно: почему в полиции работают, если там и денег мало платят, и «пушки» старые, да и допросы под копирку перепечатывать приходится? Идейные, что ли? Идейных «плохих хороших парней» не бывает! Врут чего-то французы, недоговаривают. А может, это тоже – кино? А по-настоящему у них все не так?

Вместо эпилога

...Тот, кого еще вчера считали хорошим полицейским, медленно осел на землю, выронив из руки «Калашников» с опустошенным магазином. Тот, кого еще вчера считали плохим полицейским, зажал простреленное плечо левой рукой, сжимающей окровавленный «Кольт» 45-го калибра. Яркое солнце слепило ему глаза, и он заметно щурился, всматриваясь в лицо предавшего его напарника.

– Теперь ты понял, почему я не хотел, чтобы ты служил в полиции? Ты всегда зачитывал задержанным им права, а потом просто продал всех нас! И запомни: так бывает всегда, когда парни вроде тебя пытаются устроиться за чужой счет!

Тот, кого еще вчера считали хорошим полицейским, в последнем предсмертном усилии поднял взгляд на бывшего напарника. В его глазах отразились боль и понимание: так последнюю минуту жизни человек осознает всю совершенную им Несправедливость. А Справедливость стояла над ним с окровавленным «Кольтом» 45-го калибра в левой руке. По заросшей трехнедельной щетиной лицу копа, уже два дня сидевшего в засаде, медленно сползала слеза. Всего одна: все-таки бывший напарник, но все-таки и предатель. Потом по экрану поползли титры...

Григорий Яшин

<< листаем назад

листаем вперед >>